Читаю “Speak, Memory” Набокова, и в голове появляются четкие отрывки из детства. Моменты, когда я впервые чему-то научилась, что-то поняла.
Время. Помню, как мама стояла на кухне пекла блины и попросила меня сказать, сколько времени. Я подбежала к часам, скрестила руки в локтях так же, как стоят стрелки, и побежала со скрещенными руками показывать маме. И помню, что мама спросила, где большая стрелка, а где маленькая – и мне пришлось бегать второй раз смотреть на часы, потому что я не помнила. Мне было три.
Радуга. Помню, как мне мама рассказала про то, как можно запомнить цвета в радуге – “Каждый охотник желает знать, где сидит фазан”. Помню, как я тогда думала, что человек, который это придумал – самый умный человек на свете.
Стихи. Моя старшая сестра учила стихи наизусть, а я сидела рядом и играла. Потом мама проверяла сестру, а я подошла и сказала, чтобы меня тоже проверили. И я назубок с очень серьезным лицом (про лицо мне мама потом сказала) рассказала “Анчар” Пушкина. Помню, что я половину слов не понимала тогда еще. Мне было четыре. Кстати, я это стихотворение до сих пор прекрасно помню.
Таблица умножения. Как сейчас помню зеленый лист, вырванный из тетради. Помню, как легко дались столбцы 2 и 5, а с остальными были проблемы. Моей любимой строчкой почему-то была: 7 x 7 = 49.
Мат. Помню, как я услышала на улице новое слово “сука”, совершенно не зная, что оно означает. Помню, как мы сидели с младшими сестрами за столом обедали, в комнату вошла старшая сестра – и я громко, смотря ей в глаза, сказала “сука”. Она сказала “спасибо” и очень зло на меня посмотрела. По ее взгляду я тогда поняла, что слово это очень плохое и лучше его забыть.
Рождение. Помню, как я стояла с соседскими девочками на улице, и одна девочка с вытаращенными глазами рассказывала нам, что оказывается дети появляются из письки. Мне почему-то тогда было очень страшно. Я помню, как я шла домой и думала, что правдой это никак быть не может – я была уверена, что дети рождаются через рот.
Смерть. Помню, как мы с сестрой вдруг поняли, что мы когда-нибудь умрем, что все когда-нибудь умрут. Помню, что я очень долго плакала. Было очень всех жалко. Особенно было обидно за себя.