Мой малыш опять заболел, температура 38-39 последние несколько дней. Вчера ночью я лежала с ней в кровати, и она тихонько так смотрела на меня, потом протянула мне самое дорогое – свою соску, тоже горячую. Я ей тихо сказала: “Мама тебя поцелует?” – и целовала ее пылающие от жара щечки. Она стала подставлять для поцелуев свои ручки и ножки. Так научил ее папа: он часто подходит к ней и просит поцеловать лапку, потом другую, потом ножку, вторую ножку. Мы лежали рядышком, и я шептала ей в ушко, как сильно я ее люблю, и как мне хочется, чтобы она никогда не болела, и сколько всего чудесного нас ждет в этой жизни. И боковым взглядом я видела широко открытые глаза моей девочки, ее заинтересованный взгляд и порхающие ресницы. И я все шептала и шептала, а она слушала и слушала. Она все понимала. А я плакала.
