
Прошло всего две недели, а кажется, что целая вечность. Кажется, что никогда по-другому и не было, что мы знали этого маленького человечка всю свою жизнь. Настроение у меня меняется каждые пять минут. Бывают минуты, когда думается, что все это невозможно тяжело и что, может быть, мы поторопились с рождением ребенка. К счастью, такие мысли приходят очень редко, а в основном, есть чувство счастья, такого уставшего замученного невыспавшегося счастья. Поменялось понятие времени: минуты – это кормление (10-15 – мало, 20-30 – хорошо), часы – это сон (1-2 – неплохо, 3-4 – хорошо); недели – это ее возраст; месяцы… об этом даже не думаешь, кажется, что до месяцев еще так далеко.
Если спросить меня, что было самым тяжелым за эти две недели, я отвечу – охватывающее чувство безысходности и одиночества. Да, опухшая, ноющая от молока несколько дней подряд грудь, вечное желание поспать, желание не открывать глаз на плач своего ребенка – это все тяжело, но сложнее всего это отвратительное чувство, когда кажется, что все вокруг тебя продолжает жить прежней жизнью, и только ты вдруг застрял в каком-то колесе, где вчера, сегодня, завтра, послезавтра невыносимо одинаковые.
Если спросить меня, что было приятным за эти две недели, я начну очень долго говорить… о сонных улыбках моей девочки, о ее серьезном инопланетном взгляде, о ее растущих ресничках и щечках, о том, что я влезаю практически во всю свою добеременную одежду, о кулинарных шедеврах моего мужа, который совсем недавно не мог даже яйцо сварить, о его сонном "Малыш, тебе помочь?" в середине ночи, о том, что мы забываем говорить друг другу, как сильно любим, но и без слов понимаем, что так сильно никогда еще не любили…